Прыжов И.Г.

Литературное наследие Прыжова И. Г.

Легко ли внедрять белорусский язык?

Моя племянница София учится в Минске во втором классе хорошей гимназии. Когда начался учебный год, пришел к маленькой девочке с инспекцией: как жизнь, что в школе?

На стене в детской комнате висит расписание уроков. Внимательно просматриваю его и вижу: уроков русского языка в неделю - три, белорусского - два. Спрашиваю у сестры, что это означает? Отвечает, что каким-то образом поменяли учебную программу, и белорусского языка стало меньше...

В 1993 году родители отдали меня в белорусскоязычный класс обычной средней школы. Все уроки - в том числе и математика, и изобразительное искусство, и физкультура - преподавались по-белорусски. При этом учительница, Людмила Михайловна, была очень талантливым и ответственным человеком. Учила она хорошо, а не как Бог на душу положит. Заложенные в детскую психику патриотические основы раскрылись позже, когда я учился уже в русскоязычных классах, но твердо знал - что важно в этой жизни, а что второстепенно. В результате те четыре начальных класса в самой обычной начальной школе сделали из меня человека - я закончил лицей Белгосуниверситета и потом одноименный университет.

И вот я сегодня способствую развитию родного языка, сам им пользуюсь, пишу для газеты "Звязда", а на гимназическом расписании моей племянницы в это же время вижу три урока русского языка и два - белорусского.

Когда-то из моего начального белорусскоязычного класса сделали обычный русскоязычный класс. И помню, как я, романтичный подросток, писал в 2000 году статейку в одну из газет: "Почему в Беларуси закрывают белорусские же классы?" На этот подростковый вопрос отреагировал дяденька из Министерства образования: "Принята государственная программа по внедрению белорусского языка в учебных заведениях..." Последствия этого внедрения ярко видны в расписании моей маленькой племянницы.

К чему приводит такое "внедрение"? Как-то на факультете журналистики сдавали экзамены по белорусской литературе. И одна девушка - отвечала передо мной - ну вообще не имела понятия о творчестве писателя Максима Горецкого, которого большевики убили за то, что любил Беларусь. Преподавательница, очень хорошая, профессор, подумала: "Да ну ее. Поставлю самую низкую оценку, но экзамен зачту". И спрашивает у девушки: "А когда началась Первая мировая война?" Девушка покраснела и выдавила из себя, что в 1917 году (на три года промахнулась). А девушка, кстати, окончила бюджетное отделение университета и сегодня у себя в районе занимает высокий пост. И также, по-видимому, будет "внедрять" язык.

Почему наша молодежь, будем честными, не отличается патриотизмом и знанием истории? Все просто. Потому что в школе их не научили уважать свой язык. А язык - это маяк, без которого начинается дезориентация.

И когда в моем городе отмечают какой-то массовый праздник, и наша молодежь собирается в кучки, я не могу находиться на таких мероприятиях. Мат-перемат, толпы пьяных... И спросите у них: "А что здесь отмечают и почему отмечают именно сегодня?"

Эта языковая, а значит, и патриотическая дезориентация приводит к тому, что при случае каждый молодой человек превращается в потенциального Иуду. Духовного стержня нет, а значит - нет мотивации отстаивать какие-то идеалы, руководствоваться ими.

Когда я смотрю на то, как люди, - каждый на своем месте - должны нести ответственность за развитие национального языка, невнимательно к нему относятся, я не могу за этим спокойно наблюдать.

Хотелось бы обратиться к тем, кто занимается воспитанием детей. Если вы хотите оставить в истории положительный след и не быть статистами, повернитесь лицом к национальному языку.

И поверьте: это во многом укрепит вас и ваших учеников. На выходе куда больше людей будет вас уважать, а воспитанники скажут: "Спасибо, что вы сделали нас более сильными и показали, где находится маяк..."

Евгений ВОЛОШИН.

наверх


© 2009 - 2010, GSI